НЕДООЦЕНИТЬ ТРУДНО

Отрадно, что руководство страны поддержало адвокатуру

Действительно, трудно недооценить значимость внесенного в Госдуму 11 февраля Президентом РФ законопроекта № 99653–7 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации».

Несмотря на то что за 15 лет действия УПК РФ был принят 191 закон, вносящий в Кодекс изменения, последний законопроект является, без преувеличения, самым значимым для адвокатуры.

Прежде всего, в ч. 2 ст. 49 УПК РФ внесено то, чего долго добивалось сообщество, – слово «допускается» заменяется на слово «участвует».

Данное изменение основывается на правовой позиции КС РФ, который в своем Постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П указал, что закон не предполагает никакого разрешения следователя на этот счет и одного предъявления удостоверения адвоката и ордера, подтверждающего заключенное с ним соглашение о защите, достаточно для реализации полномочий защитника и что иное противоречило бы принципу состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты. Еще 15 лет назад КС РФ указывал, что выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, и иное понимание норм уголовно-процессуального закона о вступлении адвоката в уголовное дело противоречило бы предписаниям ч. 2 ст. 48 Конституции РФ, в силу которой реализация закрепленного в ней права подозреваемого и обвиняемого пользоваться помощью адвоката, в том числе иметь с ним свидания, не может быть обусловлена соответствующим разрешением лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело.

Жаль только, что трансформации столь важной правовой позиции в законопроект пришлось ждать столь долго, и мы знаем, как в ряде субъектов Федерации следователи и должностные лица УФСИН, игнорируя очевидную позицию КС РФ, не допускали адвокатов к подзащитным.

Весьма значимым являются дополнения в ч. 2, 3 ст. 50 УПК РФ положениями, обязывающими органы предварительного расследования и суд назначать адвоката только в порядке, принятом адвокатской палатой субъекта РФ, на территории которой производится предварительное расследование.

Если раньше следователи упорно противодействовали борьбе Советов палат субъектов с «карманными» адвокатами, то теперь они при назначении адвокатов будут обязаны руководствоваться решением Совета палаты.

Отрадно, что руководство страны поддержало адвокатуру, понимая, что, наводя порядок в участии адвокатов в защите по назначению, сообщество преследовало не свои корыстные цели, а отстаивало реальные интересы правосудия.

Так, в пояснительной записке к законопроекту указано, что последнее изменение «…позволит избежать ситуаций, когда органами предварительного расследования игнорируются решения органов адвокатского самоуправления и назначаются адвокаты для участия в уголовных делах вопреки интересам подозреваемых и обвиняемых».

Укрепляется с моей точки зрения и свидетельский иммунитет адвокатов. Дополнение п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ словами «за исключением случаев, когда о допросе в качестве свидетеля ходатайствует сам адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого с согласия и в интересах подозреваемого, обвиняемого», как представляется, несколько умерит пыл следователей и остановит известные сообществу факты многочисленных попыток допросов адвокатов.

Укрепляют позиции защиты и дополнение ст. 58 УПК РФ запретом на отказ в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу специалиста для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Повысит гарантии нашей независимости и отнесение к недопустимым доказательств, полученных в ходе ОРМ или следственных действий путем изъятия данных и документов из производства адвоката по делам его доверителей.

С моей точки зрения, не является новеллой дополнение ст. 159 УПК РФ положениями о том, что участникам уголовного судопроизводства не может быть отказано в удовлетворении ходатайства не только о производстве следственных действий, но и о приобщении к материалам уголовного дела доказательств, если обстоятельства, об установлении которых ходатайствуют указанные лица, имеют значение для данного уголовного дела и подтверждаются этими доказательствами, и об обязанности органов предварительного расследования гарантировать защитнику участие в следственных действиях, производимых по его ходатайству.

Гарантия защитника на участие в следственных действиях, производимых по его ходатайству, уже содержится в п. 5 ч. 1 ст. 53 УПК РФ, а ст. 159 УПК РФ в действующей редакции дополняется лишь указанием на приобщение к делу доказательств.

Положительно оценивая вносимые изменения, понимаешь, что зачастую за ними стоит судьба наших коллег, прошедших через скамью подсудимых за разглашение тайны предварительного расследования.

Не сомневаюсь, что в том числе уголовные дела адвокатов Владимира Дворяка и Георгия Антонова послужили основаниями для изменений в ст. 161 УПК РФ, позволяющих прекратить произвольное толкование понятия тайны предварительного расследования и определяющих обстоятельства и данные, не входящие в следственную тайну.

Наконец-то будет устранено противоречие между Законом об адвокатуре и УПК РФ по обыску в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности).

Если ч. 3 ст. 8 Закона об адвокатуре предусматривала решение суда на производство таких действий, то ст. 29 УПК РФ такого положения не содержала.

Теперь же ч. 2 ст. 29 дополняется п. 5.2, относящим к исключительному правомочию суда принятие решений о производстве обыска, осмотра и выемки в отношении адвоката, и УПК РФ дополняется новой ст. 405.1, определяющей особенности проведения этих действий.

Проект новой статьи предусматривает, что обыск, осмотр и выемка в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) могут быть произведены только после возбуждения в отношении адвоката уголовного дела или привлечения его в качестве обвиняемого.

В случае если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, на основании постановления судьи о разрешении производства обыска, осмотра и (или) выемки в производстве указанных следственных действий должен участвовать член совета адвокатской палаты субъекта РФ, на территории которого производятся указанные следственные действия, или иной представитель, уполномоченный президентом этой адвокатской палаты, который должен обеспечить неприкосновенность предметов и сведений, составляющих адвокатскую тайну.

В развитие ранее обозначенной позиции КС РФ в постановлении судьи о разрешении производства обыска, осмотра и (или) выемки в отношении адвоката указываются данные, служащие основанием для производства указанных следственных действий, а также конкретные отыскиваемые объекты, и запрещается изъятие иных объектов, изъятие всего производства адвоката по делам его доверителей, а также фотографирование, киносъемка, видеозапись и иная фиксация материалов указанного производства.

При этом вызывает обеспокоенность положение ч. 3 новой статьи, позволяющее по уголовному делу, возбужденному в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, провести осмотр жилых и служебных помещений, используемых для осуществления адвокатской деятельности, без вынесения судебного решения, в случае, когда в указанных помещениях обнаружены признаки совершения преступления.

Проблема состоит еще и в том, что в таком случае осмотр места происшествия допускается без участия члена совета АП субъекта РФ, на территории которого производится осмотр, или иного представителя, уполномоченного президентом этой АП, со ссылкой на невозможность его участия.

Зная ретивость наших правоохранителей, представляется, что ссылки на невозможность обеспечить участие члена совета АП субъекта РФ, на территории которого производится осмотр, или иного представителя, уполномоченного президентом АП, в таких случаях будут постоянны.

В случае принятия закона советам адвокатских палат субъектов РФ нужно будет принять меры к тому, чтобы помимо членов совета уполномоченные президентом АП представители были заранее определены в каждом муниципальном образовании и их списки были доведены до руководителей правоохранительных органов.

Зная, какие усилия приложены руководством Федеральной палаты адвокатов РФ и Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека для появления этого законопроекта, и отмечая его крайнюю необходимость для адвокатуры, надеюсь, что законодатели не затянут с его принятием.

 

Борис ЗОЛОТУХИН,
член Совета АП Белгородской области

Сайт ФПА РФ